Altina the Sword Princess

7.5 Том. Глава 2: Август, Серебряная Принцесса (2...

— Эдди… ты не можешь… если ты сделаешь это…

— Всё хорошо, Август… смотри… Ах, что?

— …Он не проходит?

— Нет, я сделаю это медленно… Это должно… сработать.

— …Эдди так прагматичен.

— Тиха, вот так, медленно… Видишь, получается?

— Ах… Н-нет… Она сейчас сломается…

Блоки упали на стол.

Блоки разных цветов и размеров рухнули на пол.

— Ах-х.

— …Эдди всегда тянет большие блоки. Просто выбирай маленькие.

Сегодня они играли в Дженгу. (пп: Дженга.)

Это игра, где нужно убирать блоки из башни по очереди, и притом только одним пальцем. Кроме того, у этой игры было много правил.

— Я не думал, что она упадёт.

— …Я же сказал тебе, что лучше зелёный.

— Ну, я разрушил её, поэтому Август победил… Это такая игра?

— …Верно, но если бы мы оба не допускали ошибок, то разве не было бы веселей вытягивать блоки?

— И правда.

Смеясь, Эдди поднимал блоки.

 

С тех пор как он прибыл в эту башню как охрана Августа, прошло уже две недели…

— …Эдди, я должен сказать тебе кое-что важное.

С серьёзным выражением лица Август посмотрел на Эдди.

Эдди сел прямо.

— Что?

— …Сегодня вечером сюда приедет один торговец.

— Ты хочешь что-то купить?

— …Приобретение предметов первой необходимости я оставил слугам, но… на этот раз проблема заключается в том, что торговец произведениями искусства должен привезти предметы, что будут подарены членам королевской семьи в столице.

— Понятно.

Если члены королевской семьи обладали какой-то вещью, то и другие дворяне захотели бы купить что-то подобное, — такова была эта идея.

Клиентами торговцев, что ведут свою деятельность в сфере искусства, естественно, были дворяне. Если такой торговец хочет сделать себе имя в обществе, то он, разумеется, должен продвигать свои товары надлежащим образом.

— Значит, это моё первое задание как телохранителя. Не волнуйтесь, я не расслаблюсь, даже если это будет торговец предметами искусства.

Не имеет значения, какой статус был у его противника или какую внешность он имел, прочитать его мысли или узнать планы было всё так же невозможно.

— …Теперь мне легче.

— Этого… достаточно? Ведь я ничего не понимаю в оценке произведений искусства, и мне даже нечего сказать про картины в моей кладовой.

— …Я не ожидаю, что ты поможешь мне оценить искусство, это не проблема. Сейчас я должен переодеться для приёма, так что ты не сможешь входить в комнату некоторое время.

— Переодеться, хах.

Август кивнул.

А лицо его стало немного красным.

Его действия абсолютно отличались от обычного, и Эдди, глядя на него, почувствовал себя немного странно.

— …Это все… Слушай, ты абсолютно точно не можешь входить.

— Я понимаю.

Эдди кивнул и затем убрал блоки, карты, дротики, бумагу с подсчётом очков и шахматы. Было много всего.

— Эм, мне позвать горничных?

— …Да.

После звонка вскоре пришла Лилим.

С чайником в руках.

— Принц Август, я принесла горячую воду… А, что такое?! Сегодня приедет гость!

— …Да.

— Ха-ха-ха, мы играли с самого утра, и я принёс все эти игрушки, прежде чем успел это осознать.

— Если гость увидит это, то наверняка подумает, что у вас проблемы с головой, и поползут странные слухи!

— Э-это плохо?!

— Глава дома герцога играет в детские игры с принцем в своей комнате. Разве у вас нет более пристойных занятий?!

— Хах, я ничего не могу ответить.

Она была ближе к домашнему учителю, чем к горничной. Эдди неловко улыбнулся.

Август выпрямил свою осанку и втянул плечи и стал выглядеть ещё меньше.

Лилим налила горячую воду в большой таз.

Другие горничные тоже вошли с чайниками в руках.

— Просто оставьте уборку на нас. Сейчас Его Высочество собирается принять ванну.

— …Да.

— Сэр Эдди, пожалуйста, вернитесь в свою комнату!

— Хорошо.

Эдди поклонился принцу и затем спустился по лестнице. Его комната располагалась прямо рядом с лестницей на третьего этажа.

Хоть внешне Лилим и можно было спутать с ребёнком, но она была очень надёжным человек, что, скорее всего, не забудет свои вещи в комнате хозяина.

Август вёл себя странно.

Он действительно отличался от того, что было раньше.

Только по прибытии Эдди Август редко с ним говорил, и он подумал, что это из-за его болезни.

Но даже Эдди, что хорошо знал о своей тугодумости, не мог не заметить кое-что за столь долгое время, проведённое вместе с Августом. Он отличался слишком сильно.

 

«Что он скрывает?»

 

Он принял на себя обязательства по охране принца. И, если Август всё ещё принц империи Белгария, нет никаких проблем.

— Просто… О чём я думаю…

Таким образом, мысли наподобие «он милый» — не имеют никакого значения.

Дойдя до третьего этажа, он закрыл дверь, и шаги горничных, готовящих горячую воду, исчезли.

— Фу-у-ух…

Звуки моющегося мужчины заставили сердце Эдди биться чаще.

Как странно.

За всю свою жизнь он не видел такого красивого и милого мужчины.

— …Ради дома герцога, дедушка.

Эдди не вернулся в свою комнату и пристально посмотрел в окно.

Он услышал, как что-то разбилось.

И крик женщины.

Эдди начал двигаться не думая.

Он пинком распахнул дверь, которую только прошёл, и достал меч.

Он пробежал по винтовой лестнице в мгновение.

— Август!

Там стоял Август, который только снял свою одежду.

У его ног была разбитая ваза и горничная, которая склонила голову в извиняющейся позе. Это была не Лилим, а другая горничная, имя которой он не знал.

Не только это.

Эдди перевёл свой взгляд на Августа.

И больше не смог его отвести.

Он полагал, что Август был худым и слабым из-за болезни, но теперь он узнал, что кожа Августа была гладкой и бледной.

Тонкое тело, что полностью отличалось от мужского, и с выпуклостями, которые не имел мужчина. Маленький животик и талия. И вещь, что должна была быть ниже живота, отсутствовала, только тонкий кустик.

— Что… это?

— …Э-Эдди...

— Кья-я-я!

Лилим была той, кто закричал.

Она бросила вазу, которая была у неё в руках.

И предмет искусства, точно попав Эдди в лицо, разбился вдребезги.

Эдди был непоколебим. Его лицо побледнело, а он сам не смел двигаться.

(пп: Пф-ф-ф, ваза. Тут нужно что-то посущественнее; например, ядро из Тип 41.)

— …Август… превратился в девушку.

Из-за шока он начал нести бред.

— …Ха-а-ах.

Мягко выдохнув, Август закрыл глаза.

И упал, как будто все силы покинули его тело.

— Август!

Эдди бросил меч Императора Пламени «Защитник Семи» в сторону и вбежал по лестнице широкими шагами.

Протянув руку, Эдди схватил его…

Нет, Эдди схватил её.

«Как раз вовремя!»

Он успел как раз до того, как её белое и мягкое тело упало на пол, что был покрыт разбитым стеклом.

Приблизившись, как будто он скользил, Эдди удалось защитить Августа.

Август был похож на марионетку, которой обрезали нити.

— Фу-уф…

Эдди облегчённо выдохнул.

В этот момент Лилим, которая ошеломлённо стояла в стороне, побежала к ним.

У неё было зелёное лицо.

— Ах… Ах…

— Я думаю, что тебе стоит дать мне чёткие объяснения по поводу этого инцидента.

Лилим замолчала.

И опустила голову.

Когда она подняла голову вновь, Эдди понял, что она готовилась.

— Большое спасибо за спасение принца Августа… Я объясню всё, но сначала позвольте нам унести её на кровать.

— Верно.

Эдди обхватил спину и колени обессиленной Августа и поднял её.

«Какая легкая».

В голову Эдди даже пришла мысль, что она не была человеком.

Он отвёл взгляд, чтобы не смотреть на её кожу, и медленно пошёл, чтобы положить её.

Горничные открыли занавески кровати и расстелили простынь.

Эдди положил её на кровать.

И оставил остальное горничным.

Лилим принесла стул.

— Вам просто хочется услышать объяснения? Или…

— Это правда. Я очень озабочен этим… Но я должен подождать того момента, когда проснётся Август. И ещё, пожалуйста, скажите ей: «Эдди ничего не видел, но если она хочет объяснить, то я буду счастлив послушать».

— Может ли такое быть, что вы хотите притвориться, что ничего не видели?

— Ну, да, именно.

Эдди встал и пошёл вниз по лестнице.

— Я первый нарушил обещание, потому что услышал крик горничной, поэтому это — моя ошибка. Если меня казнят за нарушение приказа принца, тут ничего не поделаешь.

— Ах… Но разве это не естественное поведение для сэра Эдди, что прибыл сюда в качестве охраны?

— Именно поэтому я оставлю остальное тебе. Когда я сказать, что забыл, я имел в виду это.

— Вы собираетесь сообщить это принцу Лэтреиллу?!.

— Может, я и солдат, но я не работаю на Лэтреилла. У меня не было приказа исследовать тело Августа.

— Сэр Эдди…

— Это всё.

— Ах, у вас кровь.

— Хм-м?

Кровь стекала по обратной стороне его руки.

Должно быть, он порезался, когда проскользни по полу, чтобы поймать Августа.

— Это заживёт в мгновении ока.

— Понимаю… Но я должна перевязать.

— Хм? Спасибо.

После обработки рана была перевязана бинтами.

Закончив с этим, Эдди поднял выброшенный ранее в проход меч и вернулся в свою комнату.

Вечер.

Услышав новость о прибытии гостя, Август проснулся.

Эдди тоже позвали, он стоял на страже в углу комнаты.

Гость оказался тем самым торговцем предметами искусства. В тяжёлых одеяниях с множеством драгоценных камней, надетых даже на его пальцы, с несколькими искусно сделанными ожерельями, что висели на его шее. Всё это заставляя Эдди задуматься, не продаёт ли он и их тоже.

Из-за драгоценных камней, висящих у него на ушах, его мочки были оттянуты, заставляя просто-напросто Эдди кричать про себя: «Осёл».

Позади осла был большая сумка, которую несли четыре человека, в ней была живопись.

Осёл приблизился к Августу, который лежал на кровати.

— Для меня большая честь удостоиться аудиенции с вами. Это столь примечательное событие, что я не смогу забыть его за всю свою жизнь. Как будто все прожитые мною сорок лет были ради этой чести. Когда я был всего лишь бедным художником и никто не покупал мои картины, меня нанял один торговец произведениями искусства прошлого поколения…

— Эм, принц Август не очень хорошо себя чувствует; пожалуйста, покороче.

Торговец, который, кажется, уже подготовил длинную речь, нахмурился, поскольку его прервала Лилим.

Однако он не посмел огрызаться горничной при королевской особе.

Прочистив горло, он продолжил:

— Я прошу прощение за долгое приветствие.

Кажется, его неудавшаяся попытка зачитать речь была лишь приветствием.

— Сегодня я здесь, чтобы сообщить вам, что наша художественная торговая гильдия будет открывать магазин в столице. Прямо на перекрёстке дороги Версаль и улицы Гэлула. Открытие магазина станет глотком свежего воздуха среди старых зданий…

— Эм…

— Ах, если у вас появится желание почтить нас своим присутствием, вы увидите большую вывеску. Кроме этой замечательной новости, я здесь, чтобы продемонстрировать вам поразительные картины по доброй воле художественной торговой гильдии. Уверяю вас, вам понравится.

Какая удивительная уверенность. Ещё со времён предыдущего императора во дворце Белгарии начали собирать шедевры со всего мира искусств, но тем не менее у него хватило духу, чтобы так расхваливать этот подарок перед принцем, что был знаком с этим с молодости?!

— …Да.

Август отреагировал вяло.

Или, скорее, её глаза упёрлись в Эдди в углу.

Начиная с инцидента днём, она так и не смогла с ним поговорить. Нет, с этого момента она вообще не сможет с ним говорить…

Август отвлёкся.

Лилим мягко сказала торговцу, который, кажется, уже разошёлся вовсю.

— Из-за болезни принц Август ещё не ел, и он в плохом настроении. Если заставите его ждать долго, он может и разозлиться.

— Угх… Вы правы. Я, пожалуй, начну.

Торговец и его четыре слуги ловко открыли сумку, и торговец непосредственно начал демонстрировать картину.

— Пожалуйста, посмотрите на это!

Эдди стояла позади группы торговца, поэтому ничего не мог видеть.

Август, который был на кровати, лишь молчал.

Лилим была единственной, кто в восхищении закричал:

— Красиво! Так красиво! Ваше Высочество, что вы думаете! О, я поняла, принц Август тоже очень счастлив!

(пп: Лилим тащит всю тиму.)

— …Эм, вот как?

— Конечно! Я служила у принца Августа так долго, поэтому хорошо понимаю его безмолвные выражения, после того как он увидит что-то красивое!

— Ох-х, вот как. Как и ожидалось от Его Высочества, не выкрикивает как обычные люди. Я рад, что она понравилась, это…

— …Хм?

— …Эм?

В воздухе повисло неуклюжее напряжение.

Лицо осла было полно ожиданий. Однако он, должно быть, беспокоился, поскольку Август так ничего и не говорил.

Лилим на мгновение задумалась.

Август молчал, так и продолжая смотреть в сторону Эдди.

У Эдди не было художественного вкуса, чтобы вступить в беседу между членом королевской семьи и торговцем. Он не мог этого сделать да и не собирался.

Лилим хлопнула в ладоши.

— Правильно, я должна написать письмо репортёрам! Предать гласности о том, что принц Август принял это красивую картину! Верно?

— О! Верно! Услышав это, я могу расслабиться. Тогда я рассчитываю на вас!

— Полагаю, вы уходите? Пожалуйста, следуйте за мной.

— Да, извините за то, что беспокоил вас так долго. Пожалуйста, повесьте её на каком-нибудь видном месте! Всё-таки эта известная картина, за которую будут бороться дворяне!

— Я понимаю!

Уладив вопросы, Лилим проводила осла и его слуг.

В комнате вновь воцарилось молчание.

Эдди и Август были одни.

Вместе с этой гигантской картиной.

Август мягко сказал:

— …Отодвинь её.

Женский голос.

Когда они были поглощены играми, она кричала своим собственным голосом. Когда она говорила спокойно, звучал он поэтически.

Как нежный ветер, ласкающий поверхность озера.

— Хочешь отодвинуть её? Тебе не нравится?

— …Это картина войны.

Услышав это, Эдди посмотрел на неё и понял, что там изображены храбрые рыцари, убивающие варваров и солдат противника.

— Понятно.

Принцу, может, и пришла бы по вкусу такая картина, но тем не менее такой подарок не был тем, что можно было бы подарить девушке.

Лилим, вероятно, даже не требовалось смотреть на Августа, чтобы понять, что она должна повесить её в месте, где её могут увидеть только гости.

— Похоже, это дорогая картина…

— …Меня не волнуют деньги.

«Верно».

Эдди поставил картину в угол, лицевой стороной к стене.

— Август, вот так?

— …Да.

— Тогда я пойду. Самое время для обеда.

— …Эдди, подожди.

— Да.

— …Сядь.

«Она, наверное, не хочет, чтобы я сел на пол».

В комнате был только один стул, и он стоял у кровати.

— Эм, ну… ладно.

Он подошёл к кровати и положил руки на стул.

— …Нет.

— Ах-х, прости… Я должен был сесть на пол.

— …Здесь.

Кружевные занавески были отодвинуты.

Эдди сглотнул.

На лице Августа был оттенок печали, но оно было настолько красиво, что он даже забыл, как дышать.

У него было желание поставить его в раму и сохранить.

Она хлопала по краю кровати.

— …Сюда.

— А? С-сесть… там?

Эдди впервые в жизни так нервничал.

Он медленно присел на край кровати.

Когда он сел в карету к Бодуэну, то ему показалось, будто он сидел на воздушном облаке, но теперь ему стало ясно, как же он ошибался.

Это было поистине высококачественное кожаное сидение.

На самом деле правильней именно его называть «воздушным облаком».

Кружевные занавески на стороне Эдди снова раздвинулись.

— Эм… Август…

Её лицо было так близко.

Не так давно он думал, что его чувства странные, поскольку Август был мужчиной, но теперь всё кардинально отличалось.

Эдди всем сердцем считал, что Август был очаровательным.

Эдди хотелось развеять её печаль, но он проявил свою предельную сдержанность, чтобы помешать себе податься к ней.

Август медленно заговорил:

— …Ты знаешь… о том инциденте полгода назад?

— Это о том… как Август упал в обморок после обеда?

— …Да.

— Что произошло?

Она нервничала и через всю свою волю произнесла…

— …Настоящего Августа убили.

— Что?!

Услышав это, Эдди наконец всё понял.

Тем не менее, несмотря на всё это, такое объяснение было слишком простым. Со своими неуклюжими навыками наблюдения Эдди не мог узнать подробностей.

Так ему было известно только об одном серебристоволосом человеке с тёмно-красными глазами.

— Тогда… кто же ты?

— …Я младшая сестра… Августа… Фелисия.

— Э?!

— …В прошлом мы однажды разговаривали.

— Вот как?..

Эдди задумался и начал усиленно рыться в своих воспоминаниях.

Но, к сожалению, он не мог вспомнить встречу с этой серебристоволосой девушкой с тёмно-красными глазами.

Август… Нет, Фелисия вздохнула.

— …Всё же это было лишь однажды.

Видя её состояние и то, что она была на грани слёз, в голове Эдди что-то вспыхнуло.

— Правильно! Ты тот ребёнок, что ненавидит мечи!

— Ах…

Глаза Фелисии стали больше.

— Но я только вспомнил тебя! Твои слова тогда потрясли меня, и ничего больше я не помню.

— Угх… Извини…

— «Мне страшно, когда люди умирают, поэтому я ненавижу мечи…» — что-то вроде того. Да, я вспомнил, как ты сказала мне это. Я никогда не думал об этом и о том, как страшно это было.

— Эдди…

— Верно, я уже забыл, кто сказал мне это. Я просто сохранил эти слова в своём сердце. Я знаю, что это сказала девочка, что… по этой причине я боялся девочек… Ах, но я благодарен ей.

— …Благо… дарен?

— Ах-х, когда меня охватывают сложные чувства, я иду тренироваться с мечом. Но тем не менее есть проблемы, которые я не могу выкинуть из головы, сколько бы им ни махал. Однако я наконец понял. Я ненавижу мечи. Я совсем не хочу убивать людей. Поэтому… чтобы не быть убитым, я должен стать сильнее.

Он откинул свои сомнения, когда ему стукнуло тринадцать лет. Как его меч изменился с тех пор?

Фелисия наклонила голову.

— …Э?

Эдди неуклюже почесал голову.

— Ха-ха… у меня и правда плохо получается объяснять…

Он уже привык к тому, что его не понимают. В итоге это повлекло за собой понимание страха смерти. Но именно по этой причине он и поднимал свой меч, что выглядело противоречивым.

— …Я правда не понимаю, но… я тронута, что ты помнишь меня.

— Сестра Августа, Фелисия, хах… Ностальгия. Нет, я встречался с тобой всё это время, так что это звучит странно.

— Да… Ностальгия… когда называют моё имя… Наконец… наконец… я почувствовала, что встретилась с Эдди по-настоящему.

— Верно.

Глаза Фелисии расфокусировались.

Чистые капельки слёз покатились по её щекам.

— …После того как брата убили, меня… сразу же привела сюда мать.

— Понятно, чтобы ты стала заменой?

— Да.

— Другие, может, и могли бы подумать, что что-то не так, но, увидев твои серебристые волосы и тёмно-красные глаза, они, скорее всего, посчитают тебя Августом.

— …Когда мне исполнилось десять, я вместе с матерью вернулась в наш родной дом… Поэтому общественность меня нечасто видела…

— Ну, нормальные девушки нечасто появлялись под открытым небом.

— …Но… ты помнишь Аргентину?

— А? Эм, ну… она особенная.

«Несколько дней назад дедушка тоже упоминал это имя».

Вспомнив то, что происходило в их детстве, с Эдди полил холодный пот.

Казалось, что новости о том, что она победила Чёрного Рыцаря, не были простыми слухами. Ей действительно присваивали множество героических поступков.

Фелисия немного сузила глаза.

— …Тебе она нравится?

— Ха-а?! Фелисия встречалась с ней прежде, верно?! Аргентина сильнее меня, так что я всегда думал о ней как о мужчине!

— …Э-это верно.

«Правильней сказать, мы не общались так уж часто, поэтому чувства к противоположному полу просто не имели шанса вырасти», — подумал Эдди.

— Сильнее, чем Бастиан, лучше в верховой езде, чем Лэтреилл, и она осваивала фехтование быстрее, чем я… Я давно не видел её, но слышал, что она недавно в поединке победила Чёрного Рыцаря, провозглашённого как герой империи.

— …Хи-хи.

Фелисия прикрыла рот.

Эдди пожал плечами.

— Вместо сильных девушек я предпочитаю ми… ми…

— …Хах?

— …Горничные знают, что ты на самом деле Фелисия? Что насчёт других слуг?

Он неуклюже сменил тему.

У Эдди, что не показывал страха перед сильным противником, не было и капли той храбрости, чтобы сказать эти слова.

— Поварам это не говорили… Но эти двенадцать горничных знают… Не учитывая мою мать, дворецкий, люди, что помогают мне с маскировкой, и та горничная…

Больше, чем он ожидал.

— Посчитай и меня вместе с ними. Ах, но я не хочу оскорблять вторую жену, так что лучше не говорить ей об этом.

В худшем случае она могла даже отравить Эдди, чтобы скрыть эту тайну.

И императрица, и вторая жена пугали Эдди.

Фелисия подняла своё расстроенное лицо.

— …Ты не расскажешь?

— Хах?

На мгновение слова, которые он не мог сказать, всплыли в его голове, но Фелисия, кажется, говорила не об этом.

— …Ты не собираешься рассказывать обо мне… Лэтреиллу?

— Разве Лилим тебе не сказала? Я не стану этого делать. Всё же я не пешка Лэтреилла.

— …Я верю тебе.

— Ну, мой приказ состоит в том, чтобы защищать Августа. Даже если твоя настоящая личность это Фелисия… Я всё равно защищу тебя.

— …Спасибо, Эдди.

— Это обещание. Поэтому, я надеюсь, что ты сможешь сказать мне… что обо всём этом думаешь.

Будучи заключённой в тюрьму в башне как Август и прикованной цепями к кровати.

Она крепко схватила покрывало.

— …Лэтреилл… убил брата… Я не позволю этому человеку стать императором.

— Понятно.

— …Поэтому я… пока император не скончался, я останусь в своей кровати, как и сейчас.

— Я понимаю…

Если бы император умер, не назначив приёмника, не было бы никаких сомнений, что Август, который был первым в порядке преемственности, унаследует трон.

Тогда Лэтреилл навсегда потеряет шанс взойти на престол.

Тем не менее было бы много проблем, если бы у Августа не было никакого преемника…

Тогда вторая жена возьмёт в жёны дочь дворянина, связанного с ней, симулируя брак и появление детей Августа, и использует чьего-то ребёнка как замену.

— Прекрасный план… Но это серьёзное преступление, обман на всю империю Белгария, верно?

— …Если хочешь сбежать, это твой шанс… Если Эдди захочет уйти с этой работы, я помогу тебе.

— Я только что пообещал защитить тебя. Как я могу сказать такую вещь?

— …Эдди просто хочет показаться крутым.

— Я всё-таки мужчина.

— …Я… Только сейчас я почувствовала себя девушкой… Эдди.

— Э? О, ладно.

Посмотрев в её глубокие рубиновые глаза, сердце Эдди бешено забилось.

Его бросило в жаркий пот

И он оцепенел.

Фелисия медленно легла на роскошную кровать и закрыла глаза.

Дыхание её бледных губ было частым.

А её шея покраснела.

Эдди почувствовал, как у него пересохло в горле.

Если горничная Лилим зайдёт в этот момент или, например, придёт дедушка Эдди… Но. Даже при том, что Эдди учитывал все эти возможности, он был неожиданно спокоен.

Закат и остатки его красных лучей окончательно исчезли.

Лицо Фелисии освещал только мерцающий свет свечи.

Эдди положил свой меч на край кровати.

Протянул руку и мягко прикоснулся к ней.

Зашнурованные занавески мягко двигались.

 

Какая тихая ночь.

Август, чью роль играла Фелисия, не проводил дни, играя в игры.

Он вызывал министров, приглашал торговцев и проявлял интерес к выполнению своих обязанностей даже при том, что он всё ещё был в постели.

Лэтреилл всё ещё управлял вооружёнными силами, а Август начал заниматься проблемами налогообложения местных дворян и выносить решения в спорах между аристократами.

При посредничестве первого принца ситуация медленно менялась.

Эдди стоял рядом с кроватью как телохранитель.

Фелисии было только четырнадцать лет, и она не была знакома с политикой и законами. Однако Лилим проявила свой удивительный талант, высказывая множество правильных предложений. Фелисия многому у неё научилась.

Так и сегодня…

Получив вердикт по поводу спора с местными властями, министр торговли уважительно поклонился.

Лилим, которая пряталась под одеялом, чтобы думать о проблемах, устало высунула голову:

— В этот раз было довольно хлопотно.

— …Спасибо. Замечательно, что нам удалось решить эту проблему.

Поблагодарила Фелисия, и Эдди кивнул.

— Ах, я тоже многому научился. Даже если есть контракт, процентная ставка всё ещё слишком смехотворная. Разве не проще было бы вычислить соответствующую ставку и оплатить её?

— Проблема в том, чтобы вычислить соответствующий процент.

— П-понятно.

Даже наблюдая за всем этим, Эдди, тем не менее, не мог понять, в чём именно была проблема.

Эдди почесал голову.

— …Давайте заканчивать.

Услышав слова Фелисии, Лилим непринуждённо улыбнулась.

— Отлично. Будет подозрительно, если вы настолько этим увлечётесь

— Да…

— Ах, верно, в газете была новость, о картине, которая была подарена несколько дней назад.

— …Вот как.

— Кажется, что её нарисовал известный живописец, прежде чем скончался. Я очень похвалила того торговца от лица принца Августа.

И, наверное, много заплатила тому репортёру.

— …Вместо таких людей я бы хотела встретить тех, что желают служить стране.

— Да! Ах, уже почти обед! Пожалуйста, подождите секунду!

— …Да… Эдди, после обеда…

— Ах, понял.

Как будто навёрстывая время, упущенное днём, вечером Фелисия звала Эдди, что стало частью её повседневной жизни.

— …Эдди… быстрее…

— Не спеши так, тут слишком темно, я плохо вижу.

— …Но Лилим рассердится, если мы оставим свечу гореть.

— Ну, больному нехорошо ложиться спать поздно.

— …Я всегда лежу в кровати и не могу уснуть ночью. Так скучно.

— Я знаю, именно поэтому мы делаем это.

— … Да, так что поспеши.

— Я-я понял. Верно, эта!

Эдди развернул карту, лежащую лицевой стороной вниз на полу.

Число отличалось от другой карты, которая уже была перевёрнута.

— …Чёрт.

— Дай-ка, ах-х-х!

— …На самом деле эта карта.

— Ва-а-а! Это одна из них!

— И эта… и… эта…

— Я снова проиграл! У Фелисии хорошо получается.

— …Фу-фу.

Это игра, где нужно переворачивать карту и пытаться найти к ней пару с тем же числом. Если числа разные, ты должен будешь вернуть её.

Игра на память.

Они провели своё время после обеда, играя в это.

На самом деле они также уделили некоторое время на обсуждение событий текущего дня.

Фелисия, которую очень увлекали игры, вела себя точно на свой возраст. Может, даже ещё моложе.

Когда Эдди видел её такой, на его сердце становилось теплее. Той ночью он лишь погладил её волосы, но теперь он об этом жалел! (пп: Вот тебе на… пр: Ну, японцы же, да?)

Тем не менее Эдди хотел, чтобы их отношения оставались такими же, как сейчас. В конце концов, Фелисия была принцессой. Это был факт, даже при том, что она играла роль Августа.

Из-за обязанностей, что у них были перед своими домами, они не могли действовать опрометчиво.

— …Но поцелуй…

Пробормотала Фелисия.

— А?

Эдди вернулся в действительность, после того как задумался, что редко можно было увидеть.

— …Но ты продолжаешь это делать… Ты ведь выиграешь в следующий раз, верно?

Фелисия в панике прикрыла рот и произнесла:

— Ах, ха-ха! Правда! Ты прав!

«Это удивило меня, я ослышался…»

Эдди собрал карты и перетасовал их.

— Ну, тогда это будет реальная битва!

— …

Фелисия молча перевернула две карты, лежащие на полу.

Не угадала.

— …Эдди?

— Тихо.

Холодно сказал он.

Это удивило Фелисию, лицо которой напряглось.

Эдди развернул меч на талии.

— Я сейчас слышал крик…

В то же время дверь, которую использовали горничные, открылась, и в неё без стука вбежала Лилим.

— Бегите!

— ?!.

Лилим внезапно присела на корточки и закрыла лицо руками.

На её спине была рана от меча.

— Ах-х.

Её миниатюрное тело дрожало, и Лилим вырвало кровью.

— Лилим?!

Выкрикнула Фелисия её имя.

Честная, молодая и образцовая горничная взяла руку Фелисии.

— Пожалуйста, бегите… и выживите.

— Нет, не умирай Лилим, я не хочу этого!

— Пожалуйста, скорее… принцесса… Фелисия.

С неровным дыханием Лилим закрыла глаза и потеряла сознание. Её лицо было мертвецки бледным.

Впервые Лилим обратилась к ней по настоящему имени.

Но Фелисия не хотела, чтобы это произошло в такой ситуации.

— …Нет… Нет… Что нам делать, Эдди?!

— Пожалуйста, успокойся. Во дворце лучшие доктора и лекарства. Если мы вовремя поможем ей, она выживет.

— Мы должны… найти врача…

— Ах-х, ясно, пожалуйста, подожди.

Эдди достал меч.

И встал перед дверью, в которую ранее вбежала Лилим.

Шесть тёмных фигур уже крались к ней.

Незваные гости были одеты в чёрную одежду, их рты закрывала какая-то ткань, и даже их волосы были спрятаны под чёрным платком.

В руках нарушителей холодным зелёным блеском отсвечивали лезвия мечей.

— Хуф-ф, хуф-ф…

Их дыхание было тихим.

Эдди указал на них своим мечом.

— Вы Железные Драконы?

Описание: C:\Users\Olegase\AppData\Local\Temp\msohtmlclip1\01\clip_image002.gif

— Бинго.

Сказал лидер этой шестёрки. Телосложение его тела было внушающим.

В руках он держал длинный меч да кинжал.

По сравнению с большими мечами и топорами отравленное лезвие могло убить намного быстрее, даже с одной поверхностной раны.

Его компаньоны заняли схожие стойки и с виду казались действительно опытными.

В комнате не было тесно, но тем не менее места для побега не было.

Потеряв сознание, Лилим начала задыхаться, и Фелисия перенесла её на кровать.

Повернувшись спинок к этим двум, Эдди встал в стойку.

— Думаю, что мне не нужно задавать глупые вопросы наподобие: «Что будет дальше?».

— Фу-фу… «Герцог, который не может убить», как и ожидалось от твоего имени. Герцог Эдди Фабио де Бальзак.

Услышав слова лидера, Эдди нахмурился. Это было нелестное прозвище, которое он получил на поле боя, причём первый его так назвал командующий.

Эдди не убивал, даже находясь на войне. Именно поэтому он получил такое неуважительное прозвище.

— Позвольте пояснить, я не буду сдерживаться.

Позади Эдди была девушка, которая задыхалась в муках, и другая, которую он любил.

— Уйди с дороги, герцог!

Это выкрикнул один человек, но одновременно атаковали его трое.

В то время как крупный мужчина, нападающий с фронта, вытягивал из ножен свой меч, двое других обошли его с обеих сторон и заблокировали путь к отступлению своими мечами.

Если Эдди сосредоточится на противнике впереди, то его зажмут с двух сторон. Если он попытается отразить атаку с одной из сторон, его ударят в спину. Даже если он упадёт, его атакуют с фронта.

— Мечи, которые могут убить… Я сломаю их!

— ?!

Эдди взмахнул мечом.

Он изначально и не планировал уклоняться. Позади него была Фелисия, которая была настоящей целью противника… Они здесь, чтобы убить Августа.

Сначала Эдди заблокировал меч слева.

Звенящий звук отозвался эхом.

Лезвие с зелёным свечением разлетелось.

— Что?!

Когда владелец меча увидел, как его оружие сломалось, от удивления он задержал дыхание.

Эта техника была создана, чтобы использовать чрезвычайную прочность драгоценного меча, и Эдди, наверное, был единственным, кто использовал её. Техника, нацеленная на уничтожение оружия противника…

Он мгновенно остановил свой меч, и, заблокировав выпад, нацеленный спереди, он использовал инерцию, чтобы отбить удар, идущий справа.

«Защитник Семи» был оружием с зазубренным лезвием.

Используя его, он мог с лёгкость поймать меч противника.

Тем не менее у обычного стального оружия мелкие детали, такие как зазубрины, сломались бы от достаточно сильного воздействия.

Однако, как бы то ни было, драгоценный меч, сделанный из специального металла, известный как тристей, нельзя было согнуть или сломать, какое бы давление на него ни оказывали.

Потянув меч в бок, Эдди использовал принцип рычага, чтобы сильнее воздействовать на меч противника.

И, чтобы проделать такой приём, требовалась поистине огромная сила.

— Ха-а-а!

Меч, который ударил его справа, был разбит.

И крупный мужчина, который напал на него с фронта, был отодвинут сильным импульсом.

Хоть и был слышен трескающийся звук, главная часть лезвия оставалась целой.

Зелёная жидкость капала с него.

Отбив наконечник лезвия противника, Эдди опустил меч.

— Ты, мелкий!

— Ты зашёл слишком далеко!

Эдди переместил центр тяжести на полшага вперёд и нанёс стремительный удар.

Противник не мог отреагировать на его быстрые движения.

Меч Эдди отрубил пальцы крупного мужчины.

Послышался звук брызг.

Кровь и плоть полетели в сторону.

— А-а-а?!

Крупный мужчина свалился назад.

Тем не менее остальные двое, что всё ещё находить по обе стороны от Эдди, не собирались сдаваться и, достав свои кинжалы, одновременно напали.

— Ха-а!

— Ты сам напросился!

Эдди пнул коленную чашечку мужчины слева, и тот упал. Благодаря своему мастерству Эдди мог с лёгкостью просчитывать движения противников.

Но, так или иначе, коленная чашечка была всё же сломана.

— А-а-ах?!

В то же мгновение Эдди взмахнул мечом.

Что касается мужчины, ударившего справа, его правая рука отлетела вместе с кинжалом.

— Кха!

Два наёмника отлетели назад.

Всюду была кровь.

Двое других, кто напал после них, разделили их судьбу.

Сначала Эдди сломал их мечи.

Отрезал ногу тому, кто продолжал сопротивляться. Другой понял разницу в силе и попытался отступить…

— Железные Драконы не отступают!

Со взмахом меча последний мужчина был убит.

Тот мужчина определено был тем, кого Эдди видел на дорожке перед дворцом. Даже несмотря на закрытое тканью лицо мужчины, Эдди мог узнать зловещую ауру… и его узкие, острые глаза.

Голова мужчины, пытающегося сбежать, исчезла.

Фонтан крови ударил вверх, и всё вокруг залило кровью.

Карты, разбросанные на полу, окрасились красным.

Фелисия закричала:

— Хья-я-я!

— Закройте глаза, скоро всё закончится.

Встав в стойку, сказал Эдди.

Отрубить голову одним ударом — поистине удивительная техника и экстраординарная сила рук. Инстинкты Эдди говорили ему, что если он столкнётся с этим человеком на поле боя, то ему, безусловно, надо бежать.

Должно быть, он был капитаном группы наёмников.

— Ты… Дамиан, верно?

— Как ты хорошо осведомлён, герцог.

— Всё же у меня есть пронырливый знакомый.

Дамиан уставился на меч Эдди своими узкими глазами.

— Хороший меч. Как и ожидалось от меча Императора Пламени. Я думал, что это будет очередная скучная миссия, но это, кажется, довольно интересно.

— Ты доволен такой ситуацией? Ты непрост.

— Ты тоже, герцог… Ты явно непростой человек, ведь как ещё можно объяснить твоё исключительное искусство фехтования? Разве ты изучал его не для того чтобы убивать?

— Не сравнивай меня с собой. Я тренировался, чтобы решать проблемы без убийств.

— «Если у меня будет подавляющая сила, я смогу сломать меч противника или попросту парировать его, полностью обезвредив врага», — так ты думаешь, верно?

Похоже, знания Дамиана об искусстве фехтования были обширны, и в этом странном месте Эдди нашёл человека, который понял его.

Дамиан взял наизготовку свой меч:

— Если у тебя такие замечательные умения, почему ты так спокоен, когда над тобой издеваются? Люди живут максимум до ста лет, и их численность будет продолжать увеличиваться, совсем как скот.

— Есть люди, что убивают других ради выживания. Но я не такой человек. У меня нет потребности в этом, и я не делаю того, что мне не нравится.

— Ты можешь так жить лишь потому, что родился дворянином, хах…

— Посочувствовать беднякам, которые становятся наёмниками, могу и я. Но я не позволю вам без причины убивать хороших людей.

— Бедняк… Я? У тебя действительно такое ограниченное мышление, герцог? Я стал наёмником не потому, что был беден.

Эдди никогда не встречал кого-то подобного.

Ну, во-первых, стоит сказать, что он вообще не был знаком с наёмниками.

Дамиан продолжил:

— Я родился в доме графа, но в моей жизни не было свободы. Каждый день вгонял меня в тоску, как будто я жил в тюрьме. Но однажды, совсем обыденным днём, я убил слугу, и в этот момент я наконец почувствовал, что действительно жив.

— Сделать такую вещь… Ты действительно ненормальный.

— Ты поймёшь, если убьёшь кого-нибудь. Только забирая жизни, ты осознаёшь, что твои проблемы исчезли.

— Как глупо, ты попадёшь в ловушку ада сожалений, если будешь продолжать так думать о других.

— Я привык к тому, что меня не понимают.

— Какое совпадение, я тоже… Но именно поэтому я хочу защитить людей, которые понимают меня, и я не позволю тебе делать всё что вздумается.

— Любовь, хах… У меня тоже есть кто-то, кого я люблю.

— У тебя есть любимый человек, хах… Тогда ты должен понимать, как драгоценна жизнь.

— Ах-х, моя первая любовь — молодой слуга… Первый, кого я убил.

— Угх?!

«Он безумен», — Эдди ничего не мог сказать.

Он больше не человек.

— Достаточно пустой болтовни, вернёмся к главному. Я заберу ваши жизни…

— Никогда!

— Ты герцог, что знает лишь мягкие битвы! Сможешь ли ты убить меня?!

Дамиан поднял свой меч.

— Ха-а-а-ах!

— Хи!

Эдди попытался заблокировать меч.

Заблокировав и развернув меч, он мог сломать оружие своего противника.

За несколько сантиметров до столкновения мечей…

Дамиан остановил меч.

Он изменил направление и возобновил движение.

Но Эдди ожидал этот ответ.

Чтобы отбить меч противника, он поменял стойку. Предполагая, что меч будет двигаться по этому пути, Эдди был уверен, что сможет его заблокировать.

— Защита — это всё, что ты можешь?!

— Это моя работа!

— Ха!

Следующий удар прибыл сверху.

Эдди заблокировал и его тоже, но на этот раз его тело вдавило в пол.

Послышался скрежет металла.

После парирования меча Дамиана зубчатый край драгоценного меча крепко зажал меч противника.

— Получи!

— Ты слишком наивен, герцог!

Дамиан отпустил свой меч, прежде чем тот сломался.

И достал кинжал из-за спины.

Парируя меч противника, Эдди потерял равновесие.

И не мог мгновенно ответить.

Дамиан пустил свой кинжалом в ход.

— Умри!!

— ?!

Фелисия и Лилим были на кровати позади Эдди, поэтому он не мог сбежать.

Эдди схватил меч, который бросил Дамиан.

Кинжал приближался к его сердцу.

У него не было возможности уклониться.

Используя два меча, Эдди яростно атаковал Дамиана.

Послышался звук разрезания плоти.

Два меча глубоко вошли в плечи Дамиана.

Кинжал Дамиана промахнулся мимо груди Эдди и прошёл в стороне от его ребёр.

Кровь медленно вытекала.

Дамиан с ненавистью простонал:

— Решающий удар… Ты раскусил меня?..

— Много поколений моих предшественников усердно работали, чтобы усовершенствовать эту технику и получить удивительную известность. Я не раскусил тебя, и при этом я не придумывал эту технику.

— …Убей меня.

— Отказываюсь. Скажи мне, кто приказал убить принца.

— Я так или иначе умру от яда.

— Эм…

— И ты тоже!

Кинжал Дамиана, который промахнулся из-за защиты Эдди, развернулся в руке убийцы и нанёс удар Эдди.

Не было времени колебаться.

Эдди…

Отпустил оба меча.

И уклонился от кинжала, как будто он падал.

Он пнул противника в живот из крайне низкого положения.

— Агх?!

Дамиан отправился в полёт.

Металлический звук ударившихся об пол мечей разошёлся по всей комнате.

Эдди поднял свой меч и немедленно встал.

Дамиан мрачно смеялся, медленно поднимаясь.

— Фу-фу… Проиграл… Я… проиграл…

Из его плеч лилась кровь, а лезвие кинжала в его руках всё так же отливало зелёным блеском

Эдди принял стойку даже при том, что в этом не было уже необходимости.

— Если ты признаёшь своё поражение, тогда отпусти кинжал. Ты должен найти адвоката, который будет защищать тебя в суде.

— Ты ведь уже знаешь, верно…

— ?!

Лорд Бодуэн — Эдди помнил приказ о переназначении.

— Но у меня нет никаких намерений обращаться в суд или оставлять какие-либо доказательства.

Дамиан достал что-то из своего рюкзака и поднёс это к свече.

Глаза Эдди стали больше.

— Это?!.

«Масло? Он хочет сжечь здание? Верно, если всё сжечь, никаких доказательств не будет…»

— Это порох, герцог.

— ?!

Эдди побежал к кровати, чтобы защитить Фелисию и Лилим…

И то же мгновение раздался взрыв.

Тело Дамиана нигде не было видно.

Как и раненых убийц вокруг него.

Стёкла в окнах тоже были разбиты.

Балдахин на кровати снесло, а сама кровать вместе с потолком была вся в лохмотьях.

 

В здании известном, как птичья клетка, вспыхнул огонь.

Несколько дней спустя…

Эдди пришёл в комнату во дворце в назначенное время.

— Извините.

— …Да.

Дверь открылась, и Фелисия, которая была одета по подобию Августа, стояла там.

На её серьёзном лице появилась улыбка.

— …Всё ещё болит?

— Ах-х, всё хорошо.

Все в комнате уже знали тайну, поэтому не было никакой потребности в формальностях.

Кроме Эдди и Фелисии, Лилим тоже здесь присутствовала.

Она благополучно выздоровела и продолжила работать горничной Августа, а также её теневым стратегом.

— Принц Август, я подожду вас снаружи.

— …Хорошо.

— Тогда увидимся позже.

С этими словами Лилим вышла из комнаты в противоположном направлении тому, откуда вошёл Эдди.

Её раны всё ещё причиняли некоторую боли, но детоксикация проходила гладко.

Действительно, везение.

— …Хорошо, что Эдди и Лилим вовремя оказали лечение.

— Верно, ещё немного, и яд бы распространился.

У него и в помыслах не было намерения благодарить Дамиана, но из-за взрыва им не пришлось тратить время на поиск доктора.

Когда к нему вернулось сознание, огонь уже потух. Его несли из обломков здания, и его осматривали доктора.

Фелисия, одетая как мужчина, медленно приближалась к нему.

— …Эдди защитил меня.

— Это ведь моя работа.

Для всех вокруг неё теперь Фелисия была Августом.

То же было и той ночью… Благодаря отважным действиям Эдди она не получила ран и избежала риска быть раскрытой.

— …Смотри.

Она села на стул и надела сапоги, что ей специально приготовили.

— Что?

— После того как я всё рассказала матери, она сделал их для меня.

Внешне они походили на обычные сапоги, которые были чуть длиннее.

После того как она встала, Эдди понял, что Фелисия стала выше.

— …Как тебе?

— Ах? Понятно, значит, подошвы сделали тебя выше, я не сразу понял.

— Правда?

Её лицо озарила яркая улыбка, явно напоминая ту, что была у неё во время игр.

Эдди внимательно осмотрел её с ног до головы.

— Удивительно, с таким ростом сложно предположить, что ты женщина.

— …Я всегда… боялась выходить на публику. Но я не могу вести себя так и впредь.

— Ты права.

— …Пока Эдди со мной, я больше не буду бояться.

Рубиновые глаза Фелисии решительно смотрели прямо на Эдди.

Описание: C:\Users\Olegase\AppData\Local\Temp\msohtmlclip1\01\clip_image004.gif

Лицо Фелисии, которая стала выше, было ближе, чем раньше; и без грима, что должен был сделать её похожей на больного, она выглядела куда красивее.

Эдди застенчиво отвёл глаза.

— Ну, время назначение в качестве телохранителя не было обозначено.

— …Если прикажут, ты уволишься?

— Если это произойдёт, я уйду из армии. В таком случае я буду безработным, но я буду счастлив, если найду работу с большими преимуществами.

Фелисия сделала вдох и прикрыла угол рта.

— …Просто оставайся со мной.

— Как твой телохранитель?

— …Если Эдди захочет, то я буду рада. Неважно, как это будет.

— П-понятно.

На талии Фелисии висел меч.

Это не был меч для украшения.

Эдди помог ей поправить его.

— Вот… Так лучше.

— …Спасибо.

— Ты собираешься на приём? Ты, наверное, столкнёшься с большими проблемами.

— …Все будет хорошо.

— Правда?

— …Потому что со мной будет Эдди.

Это была тяжёлая ответственность.

— Я не уверен в моём умении танцевать.

— …Как и я… Я никогда не танцевала женскую часть до этого.

— Верно.

— …Я должна показать всем, что первый принц Август всё ещё жив. Я не позволю Лэтреиллу делать то, что он захочет в империи Белгария.

Поправив меч, Эдди встал рядом с ней.

— Я знаю, я защищу тебя.

Эдди ещё раз откинул ткань, закрывающую драгоценных меч.

Он не будет убивать.

Но он не отказывался использовать меч для защиты других.

Раздался стук.

Голос Лилим донёсся снаружи:

— …Принц Август… приём начинается.

— Да.

Фелисия пошла к двери.

— …Карлос Лиэм Август де Белгария… Лиэм Шестнадцатый. Сэр Эдди, следуйте за мной.

— Да, мой лорд.

Ничего не найдено.